Танкист наорал на мэра и порекомендовал всем способным держать оружие гражданам Кирты срочно записаться в ополчение. Дескать, война — дело всенародное. Мэр заметил, что война — дело в первую очередь профессиональное. И что ополченцы с кухонными ножами и самодельными гранатами много не навоюют. На том и разошлись.
Если перевести официальный язык технических заданий на обычный человеческий язык, главное требование к современному истребителю будет звучать очень просто: пилотирование исправной машины должно быть по силам семилетнему ребенку.
Меньше всех читать, говорить и слушать разрешалось славянам, мексиканцам, пуэрториканцам. У англосаксов дела обстояли получше: их допускали в библиотеки, музеи и на концерты, их дети учились в общественных школах.
Чем больше ложь, тем охотнее ей верят, и даже если потом разоблачат, то что-то останется.
Простой народ, во всех странах, на всех континентах одинаково привыкший врать по мелочам, не в состоянии поверить, что кто-то может лгать в таких колоссальных масштабах! Никакие факты не помогут до конца устранить сомнения и колебания, возникшие в тысячах голов.
— Ничего приятного в моей работе нет, но я должен ее делать, — Дериев отхлебнул кофе. — Поначалу посещали дурацкие мысли вроде того, что не могут же все эти люди быть виновны… Потом я перестал задумываться, кто такие мои заключенные — враги народа или жертвы ошибки… это решают другие.