Читатель фантастики не желает, чтобы роман начинался с известных ему бытовых подробностей. Читатель в гробу их видел. И он прав. Незачем покупать книжку, чтобы прочитать в ней о том, что каждому прекрасно видно и вне книжки, причем ежедневно. Читателя не интересует то, о чем автору хочется писать. Его интересует только то, о чем ему хочется читать.
Жизнь может развернуться на пятачке. Иногда в нашу сторону, гораздо чаще — от нас, крутя задом и ухмыляясь: Пока-пока, милый, нам было хорошо вместе, правда?
На это он не ответил, просто смотрел на меня. Его глаза, мутные и рассеянные днем, теперь ярко блестели. И помолодели.
— Ведь ты об этом? О Далласе в шестьдесят третьем?
— Совершенно верно, — ответил он. — Я хотел, да не вышло. Но ты не болен, дружище. Ты здоров и в расцвете сил. Ты можешь вернуться туда и не допустить этого.
Он наклонился вперед, его глаза не просто блестели — пылали.
— Ты можешь изменить историю, Джейк. Ты это понимаешь? Джон Кеннеди останется в живых.
Соединенные Штаты постоянно заявляют о своей приверженности к демократии. Есть ли у них такая же приверженность к ней, когда ее результаты не оправдают их желания?»