Книга первая Пленник железной горы / ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ГДЕ БРАТ ТВОЙ, ЮРЮН? / ПЕСНЯ ПЕРВАЯ / 7 Сильные и слабые
Если я и завидовал кому-то, я делал это по-ребячьи: ух ты, вот бы мне, ну и ладно, бежим дальше! В самых острых случаях помогало спасительное: не больно-то и хотелось! Я же не знал, как это больно, нестерпимо, мучительно больно, когда хочется — и не можется. Никогда, ни за что, ни при каких обстоятельствах. Мне еще только предстояло выяснить, что это за боль, взглянуть ей в глаза, назвать по имени. Ни разу я не пожелал лучшему бегуну сломать ногу, лучшему стрелку — окриветь на правый глаз, обладателю лучшей шапки — уронить ее в болото. Наслаждение бедой того, кто был лучше тебя, а стал хуже — сейчас я знаю, что оно слаще наслаждения от победы над равным и даже над превосходящим.
– Они ведут трансляцию в твиттере, инстаграмме, фэйсбуке… – печально сказал Маркин. – Даже в каких-то экзотических социалках времён своей молодости. Лайвджорнал какой-то…
С первых же часов похода Борис взял надо мной опеку. Уж не знаю, чем я приглянулся этому бравому и грубоватому сержанту, профессиональному вояке, прошедшему и Донецк, и Днепропетровск, и Сирию, и Кипр. Может быть, напоминал младшего брата, про которого он как-то обмолвился. А может быть, его самого – в молодости.
Вблизи караван выглядел ещё живописнее. Часть машин была поставлена на самодельные высокие колёсные базы. Все увешаны «кенгурятниками», причём шипастыми, явно рассчитанными на то, чтобы давить толпы восставших. Бока машин прикрыты мощными самодельными решётками, наподобие тех, что в Гражданскую войну каратели цепляли на самодельные бронетранспортёры.
– Спасибо, Денис, – сказала Анастасия. – А то мой кот заждался.
– В смысле – животное? – уточнил я.
– Знаете, а вы мне иногда напоминаете кваzи, – сказала Анастасия, помолчав. – Да, домашнее животное, породы кошачьих. Я одна живу, мама и брат… они отдельно.
– Хорошо, когда кто-то есть, пусть даже отдельно, – сказал я. – Извини, хотел пошутить, а вышло глупо.
Анастасия улыбнулась.
– А хотите выпить чая?
Я подумал секунду и кивнул:
– Да. На самом деле – очень хочу. А вы тоже хотите?
– Давай на «ты»? – предложила Анастасия. Посмотрела мне в глаза. – Да, хочу. Давно уже.
Я открыл бардачок и достал термос. Открутил крышку, налил чай.
– Давай на «ты». Держи! Только стакан один куда-то затерялся, придётся по очереди.
– Нет, – сказала Анастасия дрогнувшим голосом. – Ты все-таки не кваzи. Ты какая-то особая порода, Денис Симонов.
